Cherchez la femme — часть III

Ещё один вопрос, который мне всегда не давал покоя: да как они все уживались-то в одном доме? Небольшие современные семьи еле терпят друг друга (не все, не все), а раньше, когда семеро по лавкам и ни одного своего закутка? (полати и иже с ними – не в счёт, несерьёзно). Источников на тему очень и очень мало. Очевидцы – это максимум 1920-е годы, а что было за ними? Что было в древнерусский период?

После рождения ребёнка женщина из молодки становилась бабой (пользуясь случаем, передаю всем бабонькам привет!). И наступала пора освоения магических знаний. Целый пласт информации по колдовству и магии, но эта тема требует отдельного освещения и подготовки, я коснусь коротко. Навыки передавались от старшего поколения и направлены были на защиту ребёнка.

Вот тут ритуал, пожалуй, оправдывает себя сполна. Если вдруг кто ещё не знает, то женщина становится мамой не в мгновение ока, приплясывая. Кроме телесных нарушений в ходе родового процесса, происходят изменения и на ментальном уровне, с которыми надо учиться справляться. И вот тут-то большухи проявляли себя во всей красе, обучая и помогая. На родах присутствовала повитуха, которая оставалась с роженицей несколько дней и после родов. Отделение больницы стало привычным местом родов только в 60-е гг.

Первое время после рождения ребёнка женщина даже в церковь не ходила — чтоб не сглазили. Если ребёнок беспокоен — точно сглазили, надо сглаз снимать (напомню, что не путайте порчу и сглаз! Порча — это колдовство, а сглаз — это непреднамеренное). И вот ещё из давнишнего: ойкать при ребёнке (да и вообще в речи) не рекомендуется. «Ой, какой хорошенький» или простое «ой» — «Это слово считается плохим. Я это не от одной бабульки слышала, что, если ойкаешь, — какое-то недобро оно несёт». Я, когда первый раз про это прочитала, задумалась, что много этого слова-паразита в речи использую. И стала следить, на всякий случай. Вот такая матрица в действии (ложки-то не существует, помните?). А вы себя узнали?

Все знания и умения передавались по принципу «чтобы», без объяснения «почему». Родился ребёнок — его на порог кладут, «чтобы спокойным был». Святость материнства — это наследство советского времени. Ранее то к смерти ребёнка относились проще: всё лучше, чем мучаться.

Большухи. Почему им до сих пор нет памятника? Уважались, крепко и почти беспрекословно. «Почти», потому что ну не могло быть без тёрок. Девушкам прививалось, что, входя в новый дом замужней, ты в подчинении свекрови. Большуха учила невестку всему, что знала сама. Если коротко: дом держать учила и семью обихаживать – хозяйство вела, а невестка помогала. Хлеб могла замесить только большуха. С возрастом, теряя силы, она передавала хозяйство, и далее дом вела невестка, перешедшая в статус большухи. Примечательно, что статус большака был не передаваемым.

Большуха — это не просто звание. Это образ жизни, если хотите, со своими общеизвестными атрибутами. Корова, к примеру. Без коровы нет должного уважения других большух в деревне. Даже когда пришла советская власть и достаток на руководящих должностях появился: будь любезна, держи корову, хотя в роли кормилицы она совсем не нужна, да и обуза только – вставать рано, никуда не уехать, сено заготавливать, доить только хозяйка может. И ведь заводили.

Куда всё делось? За достоверность информации не поручусь, тем не менее, все дороги ведут к тому, что иерархия обоих полов не пережила советскую власть. Столь не любимая мною коллективизация, которая, как будто бы на благо, уровняла всех, а на деле сломала умения и навыки. Видимо, я каждый раз буду удивляться, как так вышло, что естественный отбор сработал в другую сторону: сильные и умные были уничтожены, а дураки пришли к власти. Усилия, которые ранее были направлены на укрепление сначала единичного двора, а затем всей деревни, теперь безрезультатно выплёвывались в воздух. Ну и последовавшая пропаганда, повлёкшая «сын на отца пошёл». И молодёжь увлеклась, роль у неё, у молодёжи, такая. Кстати (не то чтобы в тему, но интересно): нравственный упадок того в времени в деревне подтверждается статистикой по венерическим заболеваниям.

В результате рухнули прежние институты, исчезли ритуалы перехода в ту или иную роль. Им на смену пришла практически всеобщая неумёхость. Ритуалы вообще интересная штука, если задуматься. Без традиционного сопровождения не обходилось практически ни одно бытовое или социальное действие. Ритуалы подчёркивали значимость происходящего. И вот тут от меня ускользает: а почему словами нельзя было объяснить без примешивания элементов потустороннего? Хотя, может, я и знаю ответ.

И вот они, истоки советского времени. Тот самый переломный момент, когда обязанностями мужчины стала работа на государство, а женщины и работа в колхозе, и домашние дела. После 1936-го года стране нужно было поднимать рождаемость, поэтому официально были запрещены аборты, а вместе с тем материнство стало священной и главной миссией женщины. Родившим 5+ детей выдавались медали (мать-героиня). В то время как: мужчин мало, женщин много. И много матерей-одиночек. Т.е. детей растили, преимущественно, женщины (своими собственными руками). С точки зрения домашних границ хозяйствовала именно женщина. С точки зрения государства – мужчина.

Мало такой ломки, параллельно шла другая. Если ранее молодка, родив, принимала от свекрови помощь, продолжая её слушаться, то в советское время поколения женщин как бы уровнялись рождением ребёнка. А двух хозяек в доме быть не может. И если «бабушки» и «мамы» тех времён конфликтовали на одной территории, то их «внучки» стали предпочитать жить отдельно.

Мало того. Отношения между в прошлом большухой и её сыном так же изменились: ранее они уравнивались в статусе после женитьбы сына, а теперь сын не выходил из подчинения матери. «Мужчины – большие дети» зародилось именно здесь: «Фактически доминирующим стереотипом советского мужчины был «большой ребёнок»: неорганизованный, несамостоятельный, зависимый, уязвимый, требующий, чтобы о нём заботились, чтобы снисходительно принимали его агрессию, алкоголизм, неверность и регулярное отсутствие. Если он был слишком ребячливым, то она была слишком ответственной. Это придавало женщинам чувство «значимости, морального превосходства и власти в своём доме, обеспеченное их исключительной незаменимостью», но одновременно с этим – «чувство собственной жертвенности и чувство вины из-за неспособности со всем справиться, особенно с материнством».

Всё начало кувыркаться, комом докатившись до 60-70. И крестьянского мира не стало. Тут важно различать, что я говорю о свободном крестьянском мире, а не о крепостных. Если ранее большуха подчинялась большаку и сын её подчинялся ей, пока на женился (а далее становились на равных), то, как только большак стал рабочим, сыновья стали оставаться в вертикали с матерями. Читаю и отзывается мысль о том, что коллективизацию проводили не большаки, не мужчины-крестьяне; а молодчики, вернувшиеся с Первой мировой, куда, считайте, детьми забраны были. Какой у них хозяйственный жизненный опыт? Они советской власти служили, а не дому своему.

Вы ничего не знаете про конфликт поколений, если не слышали про то время. Раньше мужчины получали одобрение от старших, уважаемых в деревне, проходили определённые ступени жизненного посвящения. Всегда, это подчёркивается во многих исследованиях, всегда семья была главным приоритетом. Отношения внутри были разными, тут история умалчивает, но намекает в стиле «так и жили». По мне — меняются времена, меняется технологическая оснащённость, но человеческая природа остаётся прежней. Во времена коллективизации молодое поколение победило, всего каких-то 10 лет, и крестьянских дворов не стало. И сколько, столь пригодившегося сейчас, было загублено вместе с ними! Советская власть встала во главу угла, повсеместное раскулачивание на благо общества. А представьте, какого было жить и знать, что в глазах своих детей ты — кулак, ты подрываешь азы советской идеологии; а скрывать это какого было от своих же родных? Я не могу представить.

Столько интереснейших нюансов на тему, что прочтите-ка книги сами. Если раньше я думала, что ситуация, когда и дом, и дети, и хозяйство, и работа — всё на женщине, сложилась в послевоенное время по причине отсутствия мужчин, то сейчас с удивлением обнаруживаю, будто она была создана искусственно аж за 10 лет до войны. Мужчина — это такой советский богатырь. Только дело его, геройствовать на производствах, страну поднимать. Силы, которые ранее успешно распределялись и на государственное благо, и на «всё в дом», теперь резко перекосились в государство онли. Женщины тоже работали и небольшое хозяйство продолжали содержать. Колхозы колхозами, а семью кормить надо. А чем кормить? Да всё так же — что вырастишь. Вот только прежнего размаха уже не было, некогда было с работой хозяйство своё обеспечивать в том же объёме, целину поднимать надо было. Без маленьких огородов большух ещё большой вопрос, как бы советские богатыри выжили (надеюсь, очевидно, что камень не в мужчин, а в идеологию времени). Лично я в этой книге наконец зацепилась ответами на интересующие меня вопросы. В 1944 г. был создан семейный кодекс. Суть да дело: воспитание ребёнка становилось исключительно женской прерогативой. Я не знаю, как оно на самом деле шло, однако, похоже на правду. Тут пока и поставлю в голове точку отсчёта, приведшую к современной картине: дом на плечах женщины. И пугает, как каких-то 20 лет, и мировоззрение людей поменялось. Не естественным ходом и адаптацией к жизненным условиям, а пропагандой (тогда советской, но в принципе – любой другой).

Но к счастью, знание и традиции впечатываются в гены. Адоньева описывает случай, произошедший в 1995 году (по-хорошему, это аж 23 года назад, но для меня — совсем недавно). Собирая материал, исследователи остановились в деревенском доме Вологодской области. Купили гостинцев с собой в магазине. В доме Светлана Адоньева пошла в закут (кухня) помогать хозяйке дома, чем внесла большую сумятицу. Готовить в домах могла только большуха, остальные — помогать. И для 1995 года это правило всё ещё было строго актуально.

TBC

часть I тут: https://goo.gl/XvfrXo
часть II тут: https://goo.gl/wKi9wA

По материалам:

● «Традиция, трансгрессия, компромисс. Миры русской деревенской женщины», Адоньева С.Б., Олсон Л.
● «Частная жизнь женщины в Древней Руси и Московии: невеста, жена, любовница», Пушкарёва Н.
● «Этнические стереотипы мужского и женского поведения», под редакцией Байбурина А.К., Кон И.С.
●»Сказания русского народа о семейной жизни своих предков», Сахаров И.
● «Русские девушки», Шангина И.
● «Половозрастные статусы в устной речи и социальной практике», Адоньева С.Б.
● «Русские: семейный и общественный быт», под редакцией Громыко М.М., Листова Т.А.
● «Женщина в древнем мире», Вардиман Е.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *