ДОРОГА ТРЁХ МИРОВ

8 марта 2018 года на «Празднике Оленя» в Лесном отеле «Голу́бино» состоится закрытый предпоказ фильма «Дорога Трёх Миров» режиссёра Веры Ваку́ловой и команды LAM Production.

Съёмки фильма проходили в июле 2017 г. на полуострове Кáнин (Ненецкий автономный округ), куда оленеводы Канинской тундры перегоняют стада на зимовье.

В 2017 году в «Голубино» решили возродить «Праздник Оленя», чтобы показать, как живут коренные народы Крайнего Севера, каковы их традиции и обряды.

Именно благодаря «Голубино» мы с Верой и познакомились. Трейлер «Дороги Трёх Миров» захватывает моментально, а на днях мне посчастливилось посмотреть полную версию фильма и даже бэкстейдж со съёмок. Тем, кто хоть сколько-то знаком с Крайним Севером и тундрой, не нужно объяснять, что такое съёмки в тамошних условиях. Остальным же может показаться, что это – обычное дело. Но только на первый взгляд.

«КУЛЬТУРА УМИРАЕТ И УМИРАЕТ СТРЕМИТЕЛЬНО»

Вера, как родилась идея снять фильм «Дорога Трёх Миров»? Почему ты заинтересовалась этой тематикой? Почему Канинская тундра?

— Всё началось с того, что я познакомилась с Николаем Гернéтом. Это был 2015 год. В то время меня очень сильно интересовал Крайний Север, привлекала Арктика. Думала, как туда попасть, в частности на Землю Франца-Иосифа. Либо Север тебя затягивает, либо он чужд и далёк. Прежде чем ехать совсем-совсем далеко, Николай посоветовал мне исследовать что-то поближе. Рассказал, что есть такое место, как Лесной отель «Голубино», рядом с которым останавливаются оленеводы, и есть возможность выбраться на экскурсию в стойбище. Так в феврале 2016 года я впервые там оказалась.

_______________________________________________________________________________

Николай Гернет – фотограф, журналист, специалист отдела экологического просвещения национального парка «Русская Арктика» (архипелаги Новая Земля и Земля Франца-Иосифа), руководитель «Фотошколы Архангельска», дважды победитель фотоконкурса The Best of Russia. Участник медико-социального проекта «Канинский Красный Чум» (в 2005 и 2008 гг.), направленного на обеспечение доступной медицинской помощи кочевому населению Ненецкого автономного округа.

Лесной отель «Голубино» расположен в 188 км от г. Архангельск. В настоящее время – один из самых динамично развивающихся социально ориентированных проектов в Архангельской области. Семейный бизнес, история возникновения которого началась с организации поездок в стойбища оленеводов около посёлка Пи́нега.

Каким ты себе представляла стойбище до поездки?

— Думала, что мы сейчас приедем, там будут стоять чумы, люди у костра сидят и бьют в барабаны, бегают дети, звучит горловое пение. Николай меня заранее предупреждал: «Ты только сильно не разочаровывайся». Эти слова очень врезались в память. Когда мы приехали, да, безусловно, это был другой мир. Захотелось с ним ближе познакомиться, но я себя чувствовала чужой. Ты для них чужой. Это первое впечатление – оно ложное, не то, что есть на самом деле. Оно очень субъективное. Я много снимала в стойбищах. Тема оленеводов не отпускала, мне казалось, что я не до конца её раскрыла. И возникла идея снять фильм.

Фото: Вера Вакулова

Нам было очень трудно построить сюжетную линию. Мы не знали, с какой стороны подойти к истории про людей. Я сначала хотела окунуться в их культуру и традиции, но сколько я не приезжала, сколько людей не спрашивала, – не получалось. Молодёжь не знает язык предков, не знает сказок и легенд. Культура умирает и умирает стремительно.

Да, первое, что я отметила при просмотре фильма: оленеводы выглядят совсем как русские. Я ожидала иного.

— Вот, в том-то и дело! Я изначально хотела снять про то, что это вообще другой мир, что они живут по-другому. Пыталась подобраться к ним. Это и сподвигло нас показать проблему: люди теряют свои корни. Маленькие цивилизации подавляются современным телевидением, тянутся к большому миру. Дети уезжают в институты и не возвращаются обратно к оленеводству. Если есть жизнь с горячей водой, интернетом, то естественно они пойдут туда, где блага цивилизации.

«В НАШЕЙ СТРАНЕ ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ КИНО – НЕ ТОТ ФОРМАТ, КОТОРЫЙ ПОЛЬЗУЕТСЯ СПРОСОМ»

На создание «Дороги Трёх Миров» с момента зарождения идеи до завершения монтажа ушло 2,5 года. Несмотря на то, что съёмки в тундре прошли за одни сутки, материала было собрано много, однако, весь фильм уложился в 25 минут.

Фото: Вера Вакулова

Как ты готовилась к съёмкам и как нашла тех, кто стал твоей командой?

— Я очень долго думала и сомневалась, потому что это большой труд, труд команды, которой должно быть также, как и тебе, интересно. Я собирала материалы, изучала историю, смотрела другие документальные фильмы. В основном все фильмы посвящены Ямало-Ненецкому округу, а материалов про Коми и Канин Нос очень мало.

Вся затея строилась исключительно на энтузиазме и поддержке «Голубино». Мы практически полгода готовились к этой поездке. И этого, наверное, даже было мало. У меня пять раз менялась команда. Люди боялись идти в экспедицию, а кроме того, финансовая нагрузка выходила немаленькая.

Оплачивали всё сами?

— Да, финансово всё было на нас. Поездки окупались только тем, что я писала статьи в газеты. К сожалению, в нашей стране документальное кино – не тот формат, который пользуется спросом. В настоящее время люди не готовы смотреть часовые документальные фильмы. Я надеюсь, что это временно, но кто знает. За рубежом иначе: тот же самый Animal Planet с руками оторвёт такие материалы. Мы разговаривали с продюсерами из Америки (в том числе из National Geographic), они были готовы нас поддержать в этом проекте, но из-за политических неурядиц – не сложилось.

Аппаратура тоже вся своя была?

 — Да, прежде всего потому, что погодные условия в тундре настолько не предсказуемы, что проще нести ответственность за своё оборудование, чем потом выплачивать за арендованное. Поэтому у меня своя соответствующая аппаратура. Днём жара, а вечером температура падает так, что ты заносишь замёрзшую камеру в помещение, она запотевает, сразу оседает конденсат. Самое страшное – это влажность. По-хорошему, для таких съёмок надо иметь две камеры: для помещения и для улицы. Но мы живём в России…

…и надеемся на авось, что камера продержится.

 — Да!

«ЕСТЬ ТАКАЯ НЕМАЯ СЦЕНА, КОГДА ТЫ СМОТРИШЬ НА ЛЮДЕЙ И ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ИМ ТОЖЕ СТРАШНО, НО НИКТО НЕ СКАЖЕТ»

Встреча съёмочной группы и оленеводов произошла недалеко от села Шóйна, расположенного на берегу Белого моря на полуострове Канин (Заполярный район, Ненецкий автономный округ).


Важно: не путать Ненецкий автономный округ, входящий в состав Архангельской области, и Ямало-Ненецкий автономный округ

Добраться до Шойны можно или на самолёте, который летает два раза в неделю: один рейс из Архангельска, другой – из Нарьян-Мара; или по воде. Записываться на эти самолёты необходимо сильно заранее, билеты достать не удалось, поэтому решено было идти по морю.

Шойна – пограничная зона, на посещение которой необходимо получать разрешение, т.к. рядом расположены военные полигоны. Оформление документов – отдельный квест, на который ушло 2,5 месяца. В итоге разрешение было получено накануне дня выхода.

Почему решили ехать снимать именно в Шойну?

 — Это единственный населённый пункт, где можно встретиться с кочующими бригадами. В 2017 году о Шойне сняли фильм «Между небом и песком». В нём показано, как там всё плохо, как дома заносит песками, люди выживают, через чердаки выбираются. Это неправда! Мы увидели село, которое живёт своей жизнью, в своём ритме.

У нас принято преподносить материал о жизни в отдалённых населённых пунктах исключительно в контексте того, как там всё плохо…

 — …да, но это не так! Я считаю, что люди, живущие на Севере, живут лучше, живут честнее. Да, люди жалуются, что работы нет. Но работы нет не потому, что они не хотят работать. А потому что промысел запрещён, можно только себя прокормить.

Вы добирались до Шойны по морю. Как нашли судно?

— Нашли капитана, который согласился нас довезти. Раз не получается по воздуху, пойдём по морю, на карбасе. Мы идём на погрузку на судно. И видим… ну, на первый взгляд, шлюпку. Я сначала подумала, что это шутка. Ожидала увидеть что-то существенно больше того, на чём мы плыли. Честно, перепугалась, но деваться уже было некуда. В этот момент ты начинаешь себя уговаривать: 300 километров. Что такое 300 километров? Да ничего, на самом деле. Как из Подмосковья два раза туда-обратно в город скататься.

Но когда ты плывёшь на деревянном судне, которое протекает, вычёрпываешь из него вёдрами воду, скорость 10 км/ч, то эти 300 километров превращаются в очень большое путешествие. В итоге мы шли 30 часов. В начале поездки всё было очень красиво – гладь воды, спокойное Белое море, вокруг летают птички, фотоаппарат наготове. Как только испортилась погода, этот карбас начало болтать во все стороны, вода заливалась. Высчитываешь ритм: на одной волне съехали, значит, на другой ударимся. Вот тут мы поняли, что это серьёзная экспедиция с риском для жизни.

Фото: Вера Вакулова

В этот момент ты не пожалела, что вообще ввязалась в эту историю?

 — У каждого фотографа, у каждого путешественника случается момент, а может, и не раз, когда возникает вопрос: зачем я это делаю? Так вот, это уже была не мысль, это был крик души.

Капитан рулит и говорит следить за берегом, через 1,5 часа он должен появиться. А мы в тумане, ничего не видно. Вокруг неспокойное Белое море, ледяная вода, волны заливают, только бы не сесть на мель, иначе тебя разобьёт. Есть такая немая сцена, когда ты смотришь на людей и понимаешь, что им тоже страшно, но никто не скажет. В тот момент главное было – не поддаваться панике и держать себя в руках. Раз ты это начал, ты должен довести это до конца.

Как вас встретили оленеводы?

 — Предварительной договорённости о встрече и связи с бригадой не было, искали на свой страх и риск. Ориентир от местных жителей был таким: «Плывите «туда» 40 км, туда привезут детей на летние каникулы, там и встретитесь». Так и пошли. Ждать в указанном месте пришлось почти весь день, сидели в горнолыжных куртках при +20° С, спасаясь от комаров.

Встретились очень приветливо, очень позитивно. С собой в тундру они могли взять только одного человека и только на один день, потому что потом стада уходят на далёкие пастбища и обратно в цивилизацию уже не выбраться. Ограничение по времени серьёзно сказывается на самоорганизации.

Оленеводы, как и зимой, так и летом передвигаются на санях. В тундре не пройдёт колесо: это болотистая местность, вся в кочках и ямах. А сани скользят по ней. Самое сложное на санях – удержать баланс, особенно летом. Постоянно плюхаешься в яму. В первую же поездку я упала, но зацепилась ногой за сани и ещё метров двести меня протащило вместе с камерой. Потом оленевод остановился и сказал: «Ещё раз упадёшь – побежишь за санями». Это было сказано не потому, что я его раздражала. Если сани остановятся где-то в болоте, то они увязнут, и достать их будет очень сложно. А человек может за ними добежать. Это был такой предупредительный звоночек, что ближайшие 20 км нужно сидеть ровно и держаться крепко. Следующие полчаса я ехала, ничего не снимая, пытаясь привыкнуть. Рой комаров, кочки, олени уставшие. Олени уставшие – это те ещё существа. Они как будто специально сани в крен ставят, капризные. Добирались мы часа два до основной стоянки. Мокрые насквозь, полярный день – светло всю ночь. Ночью оленям идти проще – нет комаров. Я замёрзла так, что упала, когда встала с саней. Последний километр пришлось идти пешком, чтобы согреться. Час на сон – и снова съёмки.

Фото: Вера Вакулова
Фото: Вера Вакулова

Жизнь оленеводов в тундре оказалась такой же, как ты видела раньше?

 — То, что я увидела, несравнимо с тем, что мы видим в стойбищах под Пинегой. Там бригады стоят на одном месте некоторое время, их быт налажен. А когда ты кочуешь вместе с ними, ты хоть и чужой, но ты чувствуешь какую-то причастность происходящему. И, когда ты видишь в тундре этих людей… ты так рад цивилизации! Ты так рад, что есть люди. Ты едешь и чувствуешь себя защищённым, в безопасности, но при этом всём ты понимаешь, как же далеко ты находишься. Эти места не пройдены человеком: сани раз в год проходят, и всё. Испытываешь чувство такой радости – человека всегда влечёт что-то неизведанное – и начинаешь пугаться самого себя. Даже, наверное, пугаться ты начинаешь уже потом, в тот момент идёт процесс «ты должен это сделать», но ты не знаешь, что ждёт тебя впереди. Тебе сложно, но ты держишься, каждую секунду готов, что впереди что-то ещё сложнее, чем было. В экспедициях я чувствую себя живой.

Фото: Вера Вакулова
_______________________________________________________________________________

Капитаном карбаса был герой фильма Дмитрия Васюкова «Счастливые люди. Поморы», снятого при поддержке Русского географического общества. Этот фильм – часть цикла документальных фильмов, герои которых живут вдали от мегаполисов без надежды на государство. К настоящему времени сняты фильмы про Енисей, Белое море и Алтай.

«ПРОБЛЕМЫ, О КОТОРЫХ СТОИТ ЗАДУМАТЬСЯ»

  Что было самым сложным во время съёмок?

 — У меня была чёткая цель и одни сутки. И за эти сутки я должна была выжать всё, что я могу. Я не хотела понапрасну потратить время, силы, рисковать собой. Я боялась только одного: откажет техника. Съёмки были сложные, но в тот момент я об этом не думала. Это новый опыт. Мне надо было попытаться передать всё то, что я вижу.

О чём в итоге получился этот фильм?

 — О людях, которые любят свой образ жизни, которые открыты, за которых я очень сильно переживаю. О том, что есть проблемы, на которые стоит обратить внимание. Это призыв задуматься, что есть что-то живое, что может исчезнуть. Чтобы общество заметило, что есть и другие люди.

Я думала, когда создавала фильм: для кого он? Для тех, кто был там, кто имеет к этому прямое отношение, для тех, кому интересно, что их окружает. Что этот фильм значит для меня? Этот опыт мне был дан для того, чтобы научиться любить людей, научиться относиться к ним добрее и мягче, стать открытее. Увидеть, что есть люди, к которым захочется пойти душой. Для меня это было уроком: совершенствовать свои чувства по отношению к другим людям.
Я надеюсь, им понравится это фильм.

Фото: Вера Вакулова

Почему «Дорога Трёх Миров»?

— По легенде ненцев, мир был создан белым оленем. Но есть ещё поверье, что оленеводы живут в трёх мирах: первый, верхний — Север, куда они уходят летом; второй, нижний — куда они приходят зимой, в тепло; третий мир — жизнь в кочевании между первыми двумя мирами. Мысль о круговороте миров композиционно заложена в фильме. А связывает этот круговорот дорога. Поэтому «Дорога Трёх Миров»

В 25 минут удалось уложить многое. Кто хочет узнать больше – будет искать другие источники. Как дальше планируете продвигать фильм?

 — Будем пытаться выйти на российские и зарубежные фестивали. Наша главная задача сейчас – презентоваться в «Голубино». Фильм забрал очень много энергии. Я не могу начать новый сюжет, головой я ещё в «Дороге Трёх Миров».

В России несерьёзное отношение к документальному кино, что очень печалит. У нас есть, что показать. Наша страна настолько богата на впечатления! Как сделать деньги на этом фильме? Да никак. Это исключительно фестивальный формат.

Фото: Вера Вакулова
_______________________________________________________________________________

Вера Ваку́лова – режиссёр-оператор документального кино, фотограф, путешественник. Дизайнер интерьеров по первому образованию. Выпускница Московского академического художественного училища памяти 1905 года (МАХУ памяти 1905 года). Работала корреспондентом на Первом канале и в «Новой газете». В настоящее время заканчивает операторский факультет ГИТР (Институт кино и телевидения).

LAM Production (Like A Movie Production) – команда творческих людей, ищущих и создающих необычные решения в съёмках фильмов и рекламных роликов.

В Лесном отеле «Голубино» пройдёт закрытый показ фильма, так как участники фестивалей не могут заранее выкладывать материалы для показа в открытый доступ.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *